Абсурд, который длился на протяжении многих лет, казалось бы, подошел к концу. Благодаря предвыборной инициативе новоиспеченного врио губернатора Приморского края Олега Кожемяко во Владивостоке наконец-то появилась доступная рыба. Но не помешают ли снижению цен участники рынка, которые теряют от этой инициативы часть дохода?

Высокие цены на рыбную продукцию в рыбодобывающем регионе — дело обычное для нашей страны. Цепочки перекупщиков, усложненная логистика, бесконтрольные наценки торговых сетей, а также удорожание продукции на внешнем рынке — все это влияет на стоимость рыбы в местных магазинах. Дошло уже до того, что в Москве рыба стала дешевле, чем в Приморье, где вместо морепродуктов проще купить парное мясо.

Суть инициативы главы региона в том, что рыбодобывающие компании (такие как «НБАМР», «Русская рыбопромышленная компания», «Акватехнология», «Доброфлот», «Норебо», «Преображенская база тралового флота» и ряд других) заключают прямые договоры на поставку продукции с торговыми сетями (такими как «Реми», «Самбери», «Фреш 25», «ОК», «Парус», «Мой Март» и «Рыбный островок»). Рыбаки выделяют часть своего улова основных потребляемых на внутреннем рынке видов рыб (это горбуша, минтай, сельдь, навага, камбала), а торговые сети, в свою очередь, обязуются ограничить свои наценки до 15–25% от оптовой цены.

Результаты не заставили себя долго ждать — уже сейчас во Владивостоке горбушу можно приобрести по 110 руб./кг, минтай — по 75, а сельдь — по 49. Однако у инициативы, конечно же, нашлись и противники — это Всероссийская ассоциация рыбохозяйственных предприятий, предпринимателей и экспортеров (ВАРПЭ), которая моментально направила кляузу в Федеральную антимонопольную службу (ФАС). Якобы глава региона своими действиями нарушает антимонопольное законодательство и мешает развитию конкурентного наращивания цен.

Конечно, из-за упрощенной и всем понятной схемы функционирования рынка кто-то может упустить прибыль. Например, те, кто намеренно завышал цены, присутствуя в логистической цепи ненужным звеном. Нанесет ли это урон рыбакам? Вряд ли. Напротив, им, можно сказать, дают в руки покупателя, который приобретает у них рыбу напрямую по оптовой цене.

С торговыми сетями все немного сложнее, все-таки розничная торговля рыбой — дело рисковое, но если обеспечить качественную доставку и хранение и правильно прогнозировать складские запасы в соответствии с продажами, то наценки в 15–25% хватит для покрытия убытков, а возможно, и для выхода на прибыль. Плюс, как заявил Олег Кожемяко, бизнес покажет населению, что несет социальную ответственность, а это лучше всякой рекламы.

Непонятно, почему ВАРПЭ выступила против. Видимо, предприятия, входящие в ассоциацию, называются рыбохозяйственными потому, что возомнили себя хозяевами рыбы. Неужели такие объемы рыбы, выделенные на стол пенсионерам, смогут навредить чьему-то бизнесу? В Приморском крае проживает менее 2 млн человек. Вряд ли на это доброе дело даже при самом оптимистичном сценарии будет выделяться более 20 тыс. тонн рыбы.

В общем, решение ФАС пока неизвестно, но Кожемяко уверяет, что работу продолжать будет в любом случае. Другой вопрос, получится ли у него?

Стоит отметить, что на Сахалине, где Кожемяко был губернатором с 2015 года, уже три года успешно работает аналогичная схема, благодаря которой жители имеют возможность покупать навагу, горбушу, минтай, сельдь, терпуг и др., а также несколько видов рыбных консервов с минимальной торговой наценкой в 15%. На Сахалине проблем с ФАС, по крайней мере, губящих инициативу, не возникло.

Глава ассоциации рыбных хозяев, господин Герман Зверев — это человек, который в последнее время яро выступает в поддержку добытчиков краба: то старается выбить для них дополнительные квоты под инвестиционные цели, то бьется за идею, что весь краб должен принадлежать только им (а вовсе не государству, и уж тем более не гражданам).

Крабы вообще очень интересный ресурс — их цена в магазинах такая, что подавляющая часть населения не может их себе позволить. При этом их у нас добывается довольно много, и они могли бы приносить неплохой доход в бюджет. То есть косвенно доставаться населению и чуть-чуть приподнимать уровень жизни. Сейчас они повышают средний уровень жизни только за счет увеличения состояния очень богатых людей. Этих людей как раз и поддерживает Герман Зверев, причем с таким напором, что становится очевидной его личная выгода. Зато, как только у простых граждан, у пенсионеров появилась возможность разнообразить свой рацион морепродуктами, ВАРПЭ выступила резко против — судя по всему, снова отстаивается выгода близких к главе ассоциации людей.

Откуда у Германа Зверева столько неприязни к простым людям, не до конца ясно. Возможно, он попал под влияние «находкинского спрута» — это криминальная организация, которая много лет управляет Приморским краем и, вероятно, имеет свои интересы на рыбном рынке; возможно, он просто имеет хороший личный стимул, но ситуация складывается не из приятных. Тем не менее рыба в магазинах пока что продается, и инициатива Кожемяко еще работает. Будем надеяться, что ФАС не найдет никаких нарушений в том, что люди могут позволить себе пищу и проблема, которая столько лет напрашивалась быть решенной, на этот раз действительно будет решена.

«Роскачество» в очередной раз проверило рыбные консервы и, как обычно, выявило фальсификат. Однако, как ни странно, новость сложно назвать плохой, ведь из 23 проверенных марок лишь три были уличены в подмене рыбы дорогих пород более дешевой. При этом все исследованные образцы оказались безопасными для употребления в пищу, и даже не все содержали мертвые личинки паразитов.

Конечно, каждая подобная проверка вызывает резонанс в СМИ и обществе, да и понятно почему – не приятно осознавать, что тебя надули и заставили переплатить. Иногда, даже у очень хорошо осведомленного потребителя могут возникнуть сложности с идентификацией такой пересортицы, особенно если речь идет о консервах.

Да, такой вид фальсификации есть и был всегда. Чаще всего потребителям предлагают минтай под видом трески и горбушу под видом любого другого лососевого. Основной мотив на поверхности – дополнительная прибыль. Этим могут заниматься и добытчики, и перекупщики, и производители, и торговые сети – в общем все, кому такой обман может быть выгоден. Для потребителя же, все это выглядит довольно безобидно – он просто будет думать, что накушался семги, а не горбуши. Возможно, он недополучит некоторых вкусовых ощущений и полезных веществ, но подлога он, скорее всего, не заметит. Главное, чтобы продукция была безопасна.

Как бы то ни было, такого быть не должно, и сейчас предпринимаются различные действия для ограничения подобной деятельности. Во-первых, это те самые внеплановые проверки «Роскачества», результаты которых рассылаются в торговые сети и публикуются в открытых источниках. Как результат – торговые сети пересматривают списки своих поставщиков.

Во-вторых, сами торговые сети, по крайней мере крупные, усилили контроль за входящей продукцией. Никто не хочет портить репутацию и терять потребителей – это может обойтись гораздо дороже, чем честные цены. Совокупность этих двух факторов уже положительно отразилась на рынке, и доля обнаруживаемого фальсификата заметно снизилась, а у крупных производителей обнаружить такой подлог можно все реже.

Несмотря на то, что такая политика «мягкой силы» работает, на этом нельзя останавливаться. Сейчас есть множество лазеек, которые позволяют, например, мухлевать с ветеринарной сертификацией, и, при этом, в большинстве случаев оставаться безнаказанным. Нормативная база в этой области откровенно слаба – в российском законодательстве даже нет такого понятия, как «фальсификация», есть только «контрафакт». Соответственно, во многих случаях даже не предусмотрено никаких штрафов.

К счастью, сейчас ведется разработка законопроекта, которым будут внесены необходимые понятия в регулирование сельского хозяйства, такие, как «пищевая продукция», «фальсифицированная пищевая продукция» и другие. Соответственно, эти понятия лягут в основу регулирования и позволят привлекать нарушителей к ответственности. Хочется верить, что наши законодатели смогут принять адекватный закон, который просто необходим, и это не будет очередной плод вдохновения взбесившегося принтера.

Хотя промысел минтая и идет с опережением прошлогодних показателей, нельзя не заметить роста оптовых цен, который за год составил почти 25%. Если в августе 2017 оптовая цена килограмма минтая на Дальнем Востоке была в районе 63 рублей, то в августе 2018 она перевалила за 78 рублей. Естественно, когда самая доступная рыба начинает дорожать такими темпами, невольно задумываешься, все ли в порядке в отрасли?

Минтай – самый массовый объект промысла в РФ, его добывают порядка 1,8 миллиона тонн в год. Однако в рыбной потребительской корзине среднестатистического россиянина он лишь на третьем месте после любимой всеми сельди и лососевых, и конечно же, в нашей вечно непростой экономической ситуации, если и повышать потребление рыбной продукции, то только за счет минтая, который наиболее доступен для населения.

В центральной России оптовая цена килограмма дошла уже до 94 рублей, а килограмм филе в магазине может стоить больше 280 рублей. Откуда же такие бесчеловечные цифры?

В первую очередь, в голову приходит версия с инфляцией. И хотя ее называют рекордно низкой за многие годы, тем не менее, дорожает все – и мясо, и молоко, и рыба, и бензин. Да, кстати, бензин. За тот же год, с августа 2017 по август 2018, стоимость топлива выросла почти на 16%. Это не могло не сказаться на издержках рыбаков, а соответственно, себестоимости рыбы.

Эти два пункта, конечно, могли повлиять на цену, но не в таком объеме. Если бы дело было только в них, рост составил бы не больше 10%, а то могли бы быть применены механизмы искусственного сдерживания цен. Безусловно, более веской причиной стал рост стоимости минтая за границей.

Российского минтая, как известно, добывается в избытке, то есть значительно больше, чем требует внутренний рынок. Соответственно, большая часть (около 80%) уходит на экспорт – в первую очередь в Китай, а во вторую в Европу. В таких условиях начинает действовать принцип паритета цен, то есть ориентиром становится цена на мировом рынке. Проще говоря, если за границей растет цена, то и в России она растет.

В данном случае усредненная цена филе и мороженого обезглавленного минтая на рынке Европы выросла примерно на 10%, а в Китае более чем на 20%. Отсюда и следует прирост цены внутри страны, ведь если будет разница между внешними и внутренними ценами, появятся благоприятные условия для перекупщиков, которые только усугубят ситуацию.

Почему же выросла стоимость за рубежом? Тут опять же есть множество причин, в том числе инфляция, колебания курсов валют, рост спроса и т.д.

Спрос на филе российского минтая действительно растет, ведь наша отрасль взяла курс на реструктуризацию рыбного экспорта в сторону продукции глубокой степени переработки. И хоть спрос растет, предложение за ним, к сожалению, пока не поспевает.

Курс взят и уже даже есть проекты перерабатывающих заводов – и в Хабаровске, что почти на границе с Китаем, и во Владивостоке, и много где ещё. Значительные средства инвестированы, однако перерабатывающих мощностей пока еще не хватает, вот цена на филе и растет, а за ней и цена на сырье. Так что, вполне вероятно, что цены продолжат свой рост до тех пор, пока новые заводы не начнут вводиться в эксплуатацию.

«Нацрыбресурс» запустил в Калининграде свой пилотный проект по повышению потребления рыбной продукции населением. Это экспериментальный магазин, где цены на рыбу значительно ниже, чем в любом супермаркете. 

К сожалению, в нашей стране так уж получилось, что рыба в магазинах дороже мяса. И это при том, что, в отличие от мяса, рыбу не нужно выращивать, кормить и ухаживать за ней – её достаточно выловить.

Всё дело в слишком длинной цепочке посредников. Самая стандартная схема, это когда от рыбака рыба идет к перекупщику, который осуществляет логистику через минимум пару компаний, затем продает другому перекупщику, который по своим каналам перепродает рыбу в точки розничных продаж, где, также, не обходится без дополнительных расходов на логистику. Также свою надбавку делают высокие издержки – рыба может испортиться в пути – от этого и высокие цены.

Почему в этом новом магазине рыба дешевле? Все очень просто – количество посредников сведено до минимума. Продукция закупается на прямую у рыбаков. Дешевле будет только ловить самому.

Конечно, рыбные прилавки в порту – это старая практика, советская сеть магазинов «Океан» тому пример. Также всегда можно купить рыбу у рыбака, но это сопряжено с определенными рисками – рыбак вряд ли обеспечит хороший контроль качества, и не факт, что его рыба была добыта законным путем.

В общем, у магазина уже нет отбоя от покупателей, которые довольны ассортиментом и качеством продукции.

— Мы получаем продукцию непосредственно от рыбаков и рыбопроизводителей. Экономия получается на хранении. Все это создает ту разницу, которая идет нашим потребителям, — рассказал Игорь Казинкин директор Калининградского филиала ФГУП «Нацрыбресурс» Пятому каналу.

К сожалению, далеко не везде наличие таких магазинов реально, и быстрого их распространения ждать не стоит.

— Мы не ставим задачу конкурировать. Этот проект небольшой. Мы посмотрим, как пойдет, если нас все устроит, то будем продолжать. А если нет, то ограничимся небольшими масштабами, — уточняет Сергей Сухов, заместитель генерального директора ФГУП «Нацрыбресурс» по экономике и развитию.

В общем, всегда приятно слышать хорошие новости, даже когда масштаб их не велик. Хоть это и пилотный магазин, но будем надеяться, что проект получит максимально широкое распространение. По крайней мере, такие магазины должны быть везде, где есть порт, в который заходят рыбаки.

Чтобы корова меньше ела и больше давала молока ее надо меньше кормить и больше доить. Универсальная формула, как оказывается, для любой отрасли. Вот занимательная инициатива пришла от Министерства сельского хозяйства и Росрыболовства – регуляторы предлагают рыбакам платить больше налогов в государственную казну. А что не так? Надо же каким-то образом залатать дыру в прохудившемся мешке федерального бюджета накануне выборов.

Жителям Дальнего Востока (а именно они попадают под удар в первую очередь) не привыкать к высоким ценам: они уже давно не удивляются тому, что региону-добытчику рыба обходится дороже, чем любой другой части нашей необъятной. Во времена СССР, жители рыбодобывающих регионов потребляли по 28 кг рыбы в год, и, по всей видимости, об этих временах они еще не раз вспомнят с ностальгией. Сейчас эта цифра не превышает 20 кг на душу, и неизвестно, насколько она снизится, учитывая отрицательную динамику покупательской способности населения.

Инициатива о повышении налогов была внесена в конце сентября на совещании Минсельхоза и Росрыболовства с отраслевыми ассоциациями и предполагает она отмену действующих налоговых льгот и пересмотр налоговой ставки по некоторым объектам промысла. Сейчас льготами пользуются рыбаки, продающие свой улов российским переработчикам – они платят 15% от полной стоимости сбора. В результате, если такие поправки будут внесены в Налоговый кодекс, это может привести к росту сборов на шесть объектов промысла на Севере и сразу на 21 объект на Дальнем Востоке. В этот список попали все основные виды водных биоресурсов, такие как минтай, сельдь, некоторые лососевые, тресковые, а также крабы и креветки.

По словам президента Всероссийской ассоциации рыбохозяйственных предприятий, предпринимателей и экспортеров (ВАРПЭ) Германа Зверева, сейчас доля сбора в оптовой цене на рыбу не превышает в среднем 1,8%, а в случае принятия поправок в Налоговый кодекс, увеличится примерно до 10%. Означать это может как минимум то, что кошельки жителей Дальнего Востока станут легче, а рыбы на их столах – меньше.

В первую очередь стоит обратить внимание на основные российские объекты промысла. Как подсчитал Герман Зверев, налоговые пертурбации приведут к увеличению нагрузки на добычу минтая с 824 млн до 4,7 млрд рублей. На эти деньги можно спокойно построить современный крупнотоннажный траулер и несколько судов поменьше на сдачу. Сборы на тихоокеанскую сельдь вырастут с 400 руб./тонна до 1,8 тыс. руб./тонна. Разрешение на вылов дальневосточной горбуши подорожает более чем в три раза – с 3,5 тыс. руб. за тонну до 10,8 тыс. руб за тонну.

Отдельно хочется отметить проблемы креветочного бизнеса. Отечественным добытчикам предлагается заплатить 26,5 рублей с килограмма северной и 47 рублей с килограмма гребенчатой креветок, в то время как сейчас этот сбор составляет 3 и 5 рублей с килограмма соответственно. Рост налога примерно на 800% – это серьёзная инициатива, которая не сулит ничего хорошего. Таким образом, стоимость акциза на пиво с содержанием спирта от 0,5 до 8,6% (21 рубль с литра), будет заметно ниже ставки сбора на классическую к нему (пиву) закуску.

Чтобы в полной мере оценить всю прелесть этой инициативы, нельзя не упомянуть ее характер: сбор за вылов биологических ресурсов, по сути, является авансовым платежом государству, который будет поступать в бюджет в течение года. «При этом если компания по каким-либо причинам выловила меньше разрешенного объема, – перерасчет и возврат средств не предусмотрен», — отмечает представитель крупного рыбодобытчика «Русская рыбопромышленная компания». Таким образом, на возврат средств или элементарный перерасчет компания может не рассчитывать. С такими инициативами весьма проблематично представить, как рыбная отрасль Дальнего Востока «выстрелит далеко вперед» – а ведь именно с таким заявлением выступал председатель правительства Дмитрий Медведев на Сахалине.

Конечно же, регуляторы говорят, что выводы делать рано. Некоторые депутаты с пеной у рта заявляют, что на стоимости этот налог никак не скажется, а просто-напросто, снизится доход у бизнеса. Но нужно ли это бизнесу, который и так активно инвестирует в строительство флота и береговой переработки, можно сказать, спасая отрасль от разрухи? Конечно, в долгосрочной перспективе, для инвесторов это выгодно, но рентабельность бизнеса снижается на много лет вперед.

Выводы напрашиваются сами собой: в текущем виде инициатива Министерства сельского хозяйства и Росрыболовства совершенно не обоснована, и новые налоговые ставки нуждаются в серьезной корректировке, которая будет учитывать интересы и потребителей, и рыбопромышленников. Если же принять предложения Минсельхоза – ставки сборов за вылов целого ряда объектов промысла могут вырасти в несколько раз, что неизбежно приведет к росту цен.

В июне во Владивостоке прошла Международная научно-практическая конференция с длинным названием: «Экспорт продукции из российских водных биоресурсов в страны АТР. Перспективы развития биржевой и аукционной торговли ВБР». Данное мероприятие, учитывая его специфическую скучность, не должно было получить широкой огласки, однако одним из гостей был поднят близкий народу вопрос, давно терзающий людские умы. Вопрос этот вызвал живую дискуссию среди участников конференции, ведь касается он цен на российскую рыбу.

Организаторами конференции выступили ФГБОУ ВО «Дальневосточный государственный технический рыбохозяйственный университет», АО «Дальневосточный аукционный рыбный дом» и Приморское краевое отделение общероссийской общественной организации малого и среднего бизнеса «ОПОРА РОССИИ».

Тема конференции обрела актуальность за счет установок президента России Владимира Путина по организации биржевой и аукционной торговли водными биоресурсами, в том числе предназначенными на экспорт, а также положениями Стратегии экономической безопасности Российской Федерации на период до 2030 года.

В мероприятии, помимо российских представителей бизнеса, власти и науки, приняли участие их коллеги из странАзиатско-Тихоокеанского региона – в частности из Китая, Японии, Кореи, Индонезии – в общем, из стран, наиболее заинтересованных в рыбной торговле с Владивостоком.

Вопрос, ошарашивающий своей простотой и лаконичностью, поднял генеральный консул Японии во Владивостоке господин Касаи Тацухико – «Почему во Владивостоке рыба такая дорогая?» – поинтересовался он.

Возмущение дипломата вполне понятно и оправдано. Для сравнения, в Токио цена за килограмм свежей рыбы составляет в среднем 950-990 йен (около 500-520 рублей). Во Владивостоке же за килограмм свежей рыбы придется отдать порядка 850-900 рублей, то есть более 1600 йен. При этом отпускная цена горбуши на Камчатке за пять последних лет ежегодно вырастает на десятки процентов.

Прямолинейность вопроса вызвала цепочку оправдательных реакций, однако оправдание генерального директора Дальневосточного аукционного рыбного дома Сергея Лелюхина, почему-то было из всех выделено и принято на веру.

По его признанию, кусающиеся цены связаны с наличием большого числа посредников и «серых» схем реализации. А единственно правильным решением этой проблемы, Лелюхин назвал реализацию механизмов биржевой торговли, прикрывшись для убедительности именем президента России. «Вся рыбопродукция, производимая в России, не может реализовываться на внутреннем рынке. Поэтому в своих поручениях президент Владимир Путин прямо указал на необходимость реализации такой продукции на экспорт через биржевые торги», – заявил он.

Вроде бы, звучит правдоподобно, ну а сомнений в том, что бесчисленная цепочка перекупщиков накручивает цены, и быть не может. Но не до конца понятно, каким образом рыбная биржа скажется на цене? Что помешает тем же самым посредникам, регистрироваться на этой бирже, закупать там рыбу и, как и раньше, сдирать по три, а то и по пять шкур, особенно с незащищенных слоев населения?

Биржа, конечно же, окажет положительное влияние, но в первую очередь, на маржу перекупов. Ещё, возможно, иностранцы смогут увеличить свою выгоду и, в целом, улучшится инвестиционный климат, за счет чего подрастет экспорт, но цены на внутреннем рынке вряд ли сильно изменятся. Максимум, что им светит, это просто очередное колебание, незаметное для потребительского кармана. Так что если действительно говорить о снижении цены, надо бороться с лишними посредниками и налаживать прямые поставки.

Очевидно одно – проект этот очень спорный, и поддержки со стороны рыбаков он не имеет. Рыбакам он не нужен – они и так продают рыбу, причем по цене вполне приемлемой. Эта электронная торговая система просто поможет перераспределить те самые «серые» денежные потоки в пользу определённого круга лиц, так что панацеей для отрасли её точно назвать нельзя.

В ходе «правительственного часа» в Совете Федерации глава Минпромторга Денис Мантуров рассказал о наполненности российского рынка контрафактной продукцией. Цифры оказались шокирующими. При этом министр не только оценил примерный ущерб экономике страны, но и также назвал самые «зафальсифицированные» торговые сегменты, среди которых с хорошим отрывом лидирует рыбная продукция.

«В легкой промышленности объемы незаконного оборота формируют порядка 35% рынка. В автомобиле- и сельхозмашиностроении контрафакт в сегменте комплектующих составляет в среднем около 30%. Примерно во столько же в целом по стране оценивается доля незаконного оборота топлива», – отметил глава министерства.

Политик дал цифры и по некоторым пищевым продуктам. По словам Дениса Мантурова, если фальсификат по молоку оценивается в 20 процентов, то по рыбе его доля доходит до 50 процентов. То есть половина всей продаваемой в России рыбы либо незаконно выловлена, либо в глухую ночь привезена из-за границы. О каком-либо производственном контроле или ветеринарной сертификации говорить не приходится.

Также очень часто вместо одной рыбы продается другая. Например, в 40% случаев, за треску торговцы выдают более дешевые виды. Еще более сложная ситуация с лососевыми: не всякий браконьер отличит даже симу от чавычи, да и не нужны ему такие познания – главное, заработать. Владельцам торговых точек порой тоже все равно, что именно приходит на склад, если рыбе можно приписать более или менее благородный и, соответственно, дорогой «статус». Поэтому поступающая не под тем названием продукция так и продолжает свой путь к потребителю, не будучи верно идентифицированной.

Знающий человек, придя на рынок, порой начинает рассказывать продавцам, что на самом деле лежит у них на прилавках и чем этот вид отличается от указанного на ценниках. Продавцы на подобную информацию реагируют с самым искренним удивлением, но ценники почему-то остаются прежними. Очевидно, нужно больше таких знающих людей не среди покупателей, а в проверяющих органах. Только необходимо выполнить еще одно условие – уровень их корысти должен полностью покрываться заработной платой, что, к сожалению, большая редкость.

Ситуация, конечно, печальная: проблема фальсификата – это не только дешевая рыба по цене дорогой, но и большой риск для жизни и здоровья конечных потребителей. Что скрывать: не извелись у нас еще нелегальные предприятия, на которых по всей производственной цепочке царит антисанитария. А порой и это не самая большая проблема: некоторые производители вообще используют заведомо опасные вещества.

Впрочем, есть и позитивный момент – не так давно ситуация была еще хуже! Для примера, несколько лет назад нелегальная осетрина почти полностью захватила рынок – ее доля составляла около 99 процентов. Сейчас же эта цифра снизилась до 50 процентов.

Конечно, нельзя не придавать значения ущербу, наносимому российской экономике нелегальной продукцией. Официальной статистики здесь, естественно, нет, поскольку учитывать в ней теневой сектор было бы проблематично. Денис Мантуров, в своем докладе сослался на исследование НИУ ВШЭ, где объем незаконного оборота на семи ключевых потребительских рынках, суммарно формирующих 60% розницы, в 2015 г. оценивался в 2,5 трлн рублей.

Возможно, все эти факты приведут потребителя в смятение и полностью отобьют у него желание покупать рыбу. Но идти на столь крайний шаг не стоит: все-таки существуют рекомендации Минздрава по потреблению данного продукта. Как известно, рыба очень полезна, к тому же сколько действительно вкусных блюд из нее можно приготовить! Так что приобретать ее надо, но с крайней осторожностью, желательно только у проверенных продавцов и в крупных торговых сетях. Они, конечно, тоже могут подсунуть пикшу вместо трески, но, по крайней мере, шансов отравиться значительно меньше. А еще лучше, если вы подготовитесь к шопингу и изучите, чем отличается качественная продукция и как выбрать лучшую рыбку среди представленных на прилавках.

Глава Росрыболовства Илья Шестаков в интервью RNS сообщил, что с введения продэмбарго в 2014 году среднедушевое потребление рыбы в России снизилось с более чем 22 килограмм на душу до 19 килограмм в 2016 году. По словам главы ведомства, основной причиной такого снижения, является, в первую очередь, не снижение количества рыбы, а колебания курсов валют, которые привели к росту цен. И действительно – цены давно перешли все разумные пределы. Даже палтус стоит как хорошая говядина, а стоимость ледяной рыбы приближается к какому-то редкому деликатесу, недоступному большинству населения (хоть это далеко не самая вкусная рыба). Но единственная ли это причина снижения потребления рыбы, которая заставляет потребителя предпочесть рыбе курицу?

Когда смотришь на прилавок со свежей рыбой, глаза невольно опускаются к морозильной камере, в надежде найти что-нибудь по карману. И ничего зазорного в этом нет – во всём мире прекрасно едят мороженую рыбу, которая вполне может составлять основное рыбное меню. Но не тут-то было – если в морозилке лежит что-то приличное – оно и стоит так, что большинство покупателей решат обойтись жевательной резинкой на кассе.

Если же цены выглядят приемлемыми, то, с наибольшей вероятностью, продукция таковой не покажется. Технологические, ветеринарные, и многие другие нормы нарушаются у нас с потрясающей регулярностью. Повсюду рыба переморожена, замурована в ледяную глыбу, и можно считать большой удачей, если её выловили меньше, чем год назад. Есть мнение, что причиной тому служит наша «высокая» культура предпринимательства.

Интересный случай недавно произошел на границе Калининградской области: Сотрудниками Россельхонадзора был остановлен двадцатитонный груз якобы мороженой рыбы, по некоторым данным, путассу. После проверки документов был выявлен целый ряд нарушений и несоответствий – во-первых, на палетных листах не был указан адрес производителя, даже страна, во-вторых, дата производства на ветеринарном листе не совпала с палетным листом, не совпала и указанная упаковка (пром.упаковка) с фактической (картонные коробки), а главное, груз и вовсе оказался не рыбой, а рыбными отходами. В итоге, 20 тонн требухи поехали обратно в Тульскую область.

Вот ещё один пример ответственного предпринимательства – приморский рыбокомбинат попался на тухлой нерке. Инспекторы ДПС остановили фуру, в которой обнаружилось 2400 килограмм мороженой красной рыбы. Вообще, согласно ГОСТу, срок хранения тихоокеанских лососевых в замороженном виде 8 – 10 месяцев, в зависимости от температуры хранения. Не смотря на это, при проверке документов выяснилось, что нерка «отжила» своё ещё в марте прошлого года, а значит, выловили её, в лучшем случае, в середине 2015 года. Сейчас рыба арестована и отправлена на ответственное хранение.

Ещё одна проблема – известная всем проблема ледяной глазури – никому не нравится покупать лёд по цене рыбы или креветок, учитывая, что эта цена совсем не низкая. Конечно, под ледяной коркой продукт лучше сохраняется, но это не повод так завышать цены, которые в итоге отпугивают потребителя. Согласно установленной норме, ледяная корка не должна превышать 5% от массы самой рыбы, на практике же, эта цифра порой доходит до 50% и более.

В 2016 году, приамурское отделение Роспотребнадзора провело рейд – серию внеплановых проверок в 84 торговых точках, в ходе которых было выявлено 11 случаев превышения допустимой нормы массовой доли глазури. В итоге, были назначены штрафы на общую сумму в 490 тысяч рублей.

Безусловно, это не все проблемы рыбного рынка, но очевидно, что добросовестность продавцов и их поставщиков нуждается в дополнительном, более жестком регулировании. Конечно, приятно, что проводятся проверки, на основании которых публикуется немало новостей, но не похоже, что это сильно влияет сложившуюся ситуацию.

Импортозамещение в России идет полным ходом, рыбная отрасль тоже всеми силами старается поднять свои показатели и у неё, кстати, это очень неплохо получается. Вырос общий вылов до 4,7 тысяч тонн и, вдобавок, приняты поправки в закон о рыболовстве, которые стимулируют строительство добывающего флота и развитие переработки. На 30% в 2016 году вырос объем произведенных продуктов аквакультуры до 200 тысяч тонн и продолжает расти – к 2020 году эта цифра обещает достичь 315 тысяч тонн. Несмотря на такую положительную тенденцию, имеется и тенденция отрицательная, которую можно смело назвать катастрофической – в России резко упало среднедушевое потребление рыбы.

Министерство здравоохранения рекомендует взрослому человеку употреблять от 22 килограмм рыбы в год. В 2014 году такой показатель был достигнут и составил 22,7 килограмма на душу населения. Однако в 2015 году потребление начало снижаться и составило менее 20 килограмм, упав сразу на 12,2%. 2016 год также не отличился расширением рыбного меню россиян, напротив – потребление упало почти в два раза.

По словам представителя одной из российских рыбных компаний, всплеска продаж не произошло даже перед новогодними праздниками, из-за чего многие рыбные хозяйства были вынуждены уйти на зимовку, не выпуская рыбу в продажу.

В среднем, по данным Росстата, из-за снижения покупательской способности, жители России купили на 11,7 кг мороженой рыбы меньше, чем в 2015 году. При этом на 8 кг выросло потребление свинины и, также, на 8 кг потребление курятины.

Ситуация действительно катастрофическая. Нельзя сказать, что мясо есть вредно, но его рекомендуется употреблять лишь 1-2 раза в неделю, причём в варёном виде, иначе в организме может начать скапливаться избыточное количество холестерина. Побочные эффекты – атеросклероз, повышенный риск развития рака и так далее.

В рыбе меньше холестерина, чем в мясе, а также в ней содержится большое количество полиненасыщенных жирных кислот Омега-3 и Омега-6, которые являются строительным материалом для клеток мозга и препятствуют развитию слабоумия. Ещё они способствуют восстановлению кровеносной системы, что сглаживает вред от холестерина. Помимо этого, в рыбе в достатке присутствуют такие элементы как йод, бром, фосфор и многие другие, о пользе которых известно не мало.

Очевидно, что снижение потребления связано с экономическим кризисом, но это не повод отпускать рынок в свободное плавание. Необходимо настойчивое пропагандирование культуры потребления рыбы, однако, в глаза подобная деятельность, к сожалению, не бросается.

Не секрет, что Российская Федерация, благодаря своим немаленьким морским границам, является одним из крупнейших рыбодобытчиков в мире. Конечно до Индии, Индонезии и, тем более, до Китая нам очень далеко, но с другими лидерами мы вполне могли бы конкурировать, если бы не некоторые, давно всем известные проблемы.

В 2015 году были достигнуты очень не плохие результаты: 4,4 миллиона тонн биоресурсов пришли к нам из морской пучины. Если разделить это количество на население страны, выйдет примерно по 30 килограмм на душу в год. К сожалению, в этом же году среднедушевое потребление рыбы в России составило лишь 19 килограмм на человека, что на 3 килограмма меньше нормы, установленной Минздравом, и одно из основных препятствий в этом вопросе – это цены.

С учетом уровня инфляции, реальные доходы россиян снижаются, а прожиточный минимум растет. При таком раскладе, естественно, снижается уровень потребительской уверенности, и, не смотря на то, что потребительские расходы на продовольственные товары выросли и составили 38%, потреблять приходится меньше. Расходы на рыбную продукцию составили 2,13% от всех расходов (примерно 5,6% от расходов на продовольствие). Не то чтобы это было мало, но, например, на алкогольную продукцию у россиян уходит 4,73% (12,45%).

Действительно, цены на дары моря в нашей стране сильно завышены. Даже креветки, которые во всем мире считаются дешевым продуктом, стоят в российских магазинах дороже свинины – от 500 рублей за килограмм стандартных некрупных красных креветок, не говоря уже о королевских, которые стоят как мраморная говядина. Продукт, при том, полезнейший – мясо креветки почти полностью состоит из белка и почти не содержит жира. В химическом составе креветки содержатся такие элементы, как Омега 3, магний и кальций, калий и железо, фосфор и фтор, хром, йод, и многие другие.  

Креветки, конечно, у нас почти не ловятся – порядка 12 тысяч тонн в год – не очень серьёзный показатель. Да и аквакультура у нас слабо развита, поэтому креветка к нам поступает из-за границы, в основном из Канады и Вьетнама. Вообще, в странах с развитой креветочной культурой, не смотря на свою дешевизну, креветка имеет коммерческий успех, ведь по современным технологиям можно получать урожай до 25 килограмм с кубометра воды!

От сегодняшних цен на лососевых вообще хочется плакать. Пока средства массовой информации трубят об успехах при лососёвом нересте, килограмм филе сёмги приближается к 1000 рублей.

Относительно основных объектов российского рыбного промысла: что сельдь, что минтай – 500 рублей за килограмм филе – устоявшаяся цена. В прошлом году добыли 1633,5 тысяч тонн минтая, что составляет почти 40% от общего улова 2015 года, а в этом году прогнозируют ещё больше. По состоянию на 18 сентября, сначала 2016 года выловлено 1444,7 тысяч тонн минтая, что на 4,4% больше показателя аналогичного периода прошлого года. Положительная динамика на лицо, но на самом деле, она под серьёзной угрозой и естественно, речь о состоянии флота.

Помимо прочего, имеется проблема с качеством продукции. На наших траулерах-заводах всё оборудование помнит развал Советского Союза от начала перестройки. На мировой рыболовной арене есть два игрока, которые добывают 90% всего минтая – это Россия и США, и качество производимого ими филе кардинально отличается.

В США уже давно производство филе происходит в первую очередь на борту. Его там же складывают в формы, замораживают, режут на блоки и в таком виде отправляют на берег – ведь очевидно, что если рыбу сначала заморозить, она пару месяцев полежит на борту, сгрузить на берег, филе из неё будет уже несколько иного качества. Ниже цифры по России:

В 2015 году на российских судах было выпущено 1724,6 тысяч тонн рыбной продукции, за исключением сельди (в основном, конечно, минтай). Из этого количества, 1663,7 т.т. – рыба мороженная. Остальные 60,9 т.т. – рыбное филе. Вывод напрашивается сам собой. Конечно, 2016 этот показатель уже значительно улучшен – 87,59 т.т. филе по состоянию на 18 сентября, но, тем не менее, необходимо массово оснащать новые суда оборудованием для филетирования.

В общем, остается только надеяться, что и ОДУ и вылов будут планомерно расти, цены на водные биоресурсы поползут вниз, потребительская активность по отношению к этой полезнейшей продукции нормализуется, и население страны восполнит недостаток необходимых элементов.