В необходимости обновления рыбопромыслового флота сомнений не осталось уже ни у кого. Приятно то, что уже заработала программа инвестиционных квот, за счет которой российские верфи буквально засыпало заказами. Однако в эту программу попали далеко не все виды судов, а лишь те, которые необходимы для добычи основных объектов промысла (минтай, сельдь, горбуша и т.д.).

Тем не менее, обновлять надо весь флот. Концентрация на основных объектах промысла – это, конечно, хорошо, но это неизбежно приведет к сокращению общего улова и к уменьшению продуктового разнообразия на прилавках. Ежегодно в нашей стране выдаются рекомендации на вылов более полумиллиона тонн так называемых «неОДУемых», но скоро их будет нечем ловить.

Вопрос субсидирования судостроения поднимался не раз, и, наконец, началась проработка нормативных актов, призванных обеспечить эту инициативу. 14 декабря на федеральном портале проектов нормативных правовых актов появилось уведомление о начале разработки документации под внедрение новой меры поддержки в отношении судовладельцев, которые строят новые суда рыбопромыслового флота.

По первичной документации ясно, что в программу попадают суда до 35 метров в длину и, что субсидия будет покрывать до 25% от их стоимости. Правилами также предусматривается требование к уровню локализации использования материалов корпуса судна и судового комплектующего оборудования – то есть, как и программа инвестиционных квот, здесь заложена идея развития российского судостроения.

Как говорится в уведомлении, данная мера государственной поддержки позволит стимулировать строительство малых рыбопромысловых судов прибрежного плавания в количестве более 120 единиц. Планируемый срок вступления поправок в силу – июль 2019 года.

В настоящий момент на портале regulation.gov.ru идет общественное обсуждение данного проекта, которое продлится до 27 декабря, так что если есть полезные идеи и желание поучаствовать – регистрируйтесь на портале, или отправляйте свои предложения ответственному за разработку проекта сотруднику – заместителю начальника отдела технического регулирования и гражданской морской   техники Департамента судостроительной промышленности и морской техники Министерства промышленности   и торговли Российской Федерации, Тимофееву Алексею Михайловичу (timofeevam@minprom.gov.ru).

Согласно новому исследованию, стратегическое планирование может способствовать активизации рыбной промышленности других стран.

Всесторонняя модернизация российской рыбопромышленной отрасли свидетельствует о том, что будущее рыболовства заложено в развитии технологий, и что если крупнейшая страна может оживить свою рыбную промышленность, то это могут сделать и другие страны — производители морепродуктов.

Такое заключение сделано на основе нового исследования, проведенного Arctica Finance и Iceland Ocean Cluster, в котором рассмотрено, какой урок можно извлечь из развернувшейся в России модернизации рыбопромышленного сектора.

В июне Arctica Finance и Iceland Ocean Cluster создали партнерство, цель которого — расширение возможностей рыбной промышленности с акцентом на финансировании проектов, связанных с рыболовством, побочными продуктами из морепродуктов и биотехнологией во всем мире.

Авторы опубликованного доклада, Хуни Йоханнессон из Arctica Finance и основатель Iceland Ocean Cluster Тор Сигфуссон подробно рассказали о развитии российской индустрии морепродуктов, которое началось в 2009 году, когда была принята соответствующая Стратегия.

«Целью Стратегии развития рыбохозяйственного комплекса Российской Федерации на период до 2020 года, вступившей в силу в 2009 году, является создание условий для устойчивого социально-экономического развития российской рыбной промышленности и укрепление России в качестве лидера отрасли», — пишут авторы в отчете.

По их словам, с момента запуска Стратегии Россия активно инвестировала и модернизировала рыболовный флот и перерабатывающий сектор страны. Однако внутренняя оценка прогресса в 2015 году показала, что обновлено только 26% рыболовного флота, тогда как целью было построить 380 рыболовных и 120 холодильных судов до 2020 года. Стратегия была быстро пересмотрена и ее реализация продолжается с новым сроком — до 2030 года.

Хуни Йоханнессон и Тор Сигфуссон полагают, что уроки, извлеченные из опыта активизации промышленности в России, могут помочь другим странам улучшить свой сектор рыболовства и переработки.

В частности, исследование указывает, что рыболовным странам необходимо использовать возможности технологических достижений.

«Потребители нуждаются в более качественных продуктах, а технологические достижения могут повысить эффективность и экономию, а также дать больше продуктов с добавленной стоимостью, — отметили исследователи. — Другим странам важно обратить внимание на то, что оживить рыбопромышленный сектор можно, следуя разработанной стратегии и гарантируя ее исполнение».

Источник: IntraFish

Калининградский судостроительный завод Янтарь (входит в Объединенную судостроительную корпорацию) принял заказ на постройку большого морозильного траулера. В случае успешного исполнения заказа, судостроитель приобретет компетенцию, которой нет ни у одной другой российской верфи.

Заказчиком выступил Рыболовецкий колхоз имени Ленина – одно из старейших добывающих предприятий. Закладка судна запланирована на июль 2019 года, а со стапелей оно сойдет к 2023 году.

Действительно, таких крупных траулеров у нас еще не строили – судно будет 121 метр в длину, 21 метр в ширину, а его водоизмещение составит около 5 тысяч тонн. Конечно, ОСК строит суда и покрупнее, но для гражданского флота это и правда, в новинку. Кроме того, что это самое крупное рыбодобывающее судно в России, оно еще и самое дорогое – 100 миллионов евро без учета затрат на проектирование.

Помимо орудий лова и современных морозильных трюмов, судно будет нести на своем борту рыбоперерабатывающий завод с объемом выпускаемой продукции около 150 тонн в сутки. По данным «Коммерсанта», судно соответствует «типу А» постановления 932 правительства РФ, то есть этот тип судна дает возможность получения максимальной добычной квоты.

За разработку проекта 5670WSD взялась компания ООО «Вяртсиля Восток» (Санкт-Петербург) – дочка финской компании Wartsila. Это известная во всем мире компания – на их двигателях, например, плавает крупнейший в мире круизный лайнер «Oasis of the Seas». Однако, с проектированием могут возникнуть затруднения – по правилам правительства РФ, разработка проектной документации судна должна вестись на территории России. У российской структуры компании нет опыта в разработке подобной документации, так что для получения «квот под киль» партнерам придется выкручиваться. Но такая игра стоит свеч – в случае выделения максимальной квоты, судно может рассчитывать более чем на 25 тысяч тонн ВБР в год.

Контракт между Рыболовецким колхозом имени Ленина и судостроителем был подписан еще 18 октября, но в силу он вступит только после прохождения необходимых корпоративных процедур – вероятно, речь об одобрении со стороны правления ОСК.

Стоит добавить, что «Янтарь» уже строит для того же заказчика серию из трех среднетоннажных судов проекта SK-3101R, которые должны быть сданы уже в 2019 году. «Расширение гражданской линейки продукции – важная составляющая стратегии предприятия. – рассказал генеральный директор ПСЗ «Янтарь» Эдуард Ефимов. – Мы готовы и дальше развиваться в гражданском сегменте, предлагая заказчикам оптимальные варианты взаимодействия и качественную продукцию».

Приобретение компетенций строительства крупнотоннажных добывающих судов – действительно важный шаг как для судостроительной отрасли, так и для рыбной промышленности, о котором несколько лет назад можно было только мечтать. Будем надеяться, что этот рекорд все-таки будет достигнут, а также, что он не будет последним – ведь от такого прогресса выигрывают все.

Неустанный крабовый скандал продолжился ответом на мою последнюю статью. Приятно осознавать, что мои публикации читают коллеги по цеху, что, порой, даже вызывает некоторый резонанс. Так уважаемый Сергей Вахрин, главный редактор отраслевого портала Fishkamchatka, опубликовал ответ на мою последнюю статью. При этом, очень похоже, что сделал он это в извинение перед своими заказчиками – ведь мой текст он тоже выставил на сайт. Потом конечно удалил, но в кэше яндекса можно найти тому подтверждение: http://fishkamchatka.ru/articles/russia/26538/

К сожалению, Сергей видимо не понял логику изложения моей позиции, поэтому хочу более подробно ее разъяснить.

Во-первых, автор выделяет моей статье «особое место» на фоне других публикаций по теме введения крабовых аукционов:

«Особое — потому что в этой статье крабовая ситуация переворачивается с ног на голову».

Не очень понимаю данный тезис. Возможно, автор считает, что только его позиция верная, а другая не соответствует действительности… оставим на совести Сергея.

Пропущу измышления касательно «закона и криминала», тем более уважаемый Сергей Вахрин прямо обвиняет Правительство РФ в криминале…

Отдельно хочу остановится на тезисе о «Русской рыбопромышленной компании».  Я всегда оперирую только фактами и цифрами. Особо не следил за этим конфликтом, но видимо пора посмотреть. Прочитал множество статей, во-многих РРПК обвиняют в подготовке письма на имя Президента с предложением рассмотреть возможность введения аукционов при распределении крабовых квот.

Я не поленился и решил найти первоисточник, на который все ссылаются. Первое упоминание о письме и его авторстве было в газете «Коммерсант» от 20 ноября 2017 года. Дословно: «Собеседники “Ъ” в отрасли считают, что такие решения могут быть выгодны новому крупному игроку с существенными финансовыми ресурсами, который хочет зайти на рынок и вытеснить мелкие компании. Так, источники “Ъ” называют Русскую рыбопромышленную компанию (РРПК), основные бенефициары — Глеб Франк и Максим Воробьев. В мае РРПК впервые вышла на рынок краба, выиграв несколько тендеров на вылов».

Собственно говоря, авторы ссылаются на некие источники и подтверждают свои измышления тем, что РРПК уже поучаствовала в аукционах. Вся дальнейшая информационная буча отталкивается от этой публикации, и все ее используют как подтверждение уже «доказанного факта». Для любого здравомыслящего человека — это не факт.

А вот факты и логика, которую многие не хотят видеть:

• ФАР, несмотря на сопротивление отрасли, продавил программу инвестиционных квот. Сейчас российские верфи завалены заказами на строительство новых пароходов. 33 твердых контракта на строительство траулеров и 18 береговых предприятий.
• ФАС продавила решение по иностранным владельцам компаний и флота. Теперь все компании зарегистрированы в России, рыболовецкий флот ходит под Российским флагом.
• Силовики взяли под контроль лов и перегрузы. Браконьерство упало в разы.

Сейчас очевидно, что все эти решения, несмотря на сопротивление многих участников, пошли на пользу и отрасли и стране, а рынок становится все более цивилизованным. На мой взгляд – это заслуга последовательной государственной политики.

Кстати, государство выполняет свои обещания – никто не пересматривал принципы распределения квот до окончания 10-летних договоров. Сейчас, перед заключением новых, имеет полное право внести стимулирующие корректировки. Как показала практика, самосознание многих игроков в отрасли весьма на низком уровне. Значит требуется внешняя мотивация.

Что касается общественных деятелей, которые защищают интересы отрасли, то мне это видится в другом свете. Если сопоставить факты, то получается, они защищают интересы отдельных игроков, а это, простите, уже не интересы отрасли.

Факты, пожалуйста:

Решил посмотреть, позицию и логику изложения доктора экономических наук г-на Делягина. Как мы помним, история началась в ноябре, но Делягин обратил на нее внимание только в марте и очень рьяно взял с места в карьер, сразу сделав две публикации 13 и 14 марта. При этом, видимо еще не разобравшись в теме заявил, что на аукционы собираются выставить только КАМЧАТСКОГО краба. Мне кажется здесь оговорка по Фрейду – СЗРК является монополистом по квотам на камчатского краба в Северном бассейне. Вот ушки-то сразу и вылезли…

В остальном – фактуры и обоснований в этих статьях доктора экономических наук мизер, а вот «праведного гнева», истерик и обвинений всех и вся хоть отбавляй. Да и фактура его практически полностью повторяет данные и выводы, которые использует другой видный экономист, кандидат экономических наук, по совместительству председатель ВАРПЭ, Ассоциации добытчиков минтая и член экспертной группы Комиссии РСПП по рыбному хозяйству и аквакультуре Г.С. Зверев.

Я посмотрел публикации и доклады Германа Зверева разных лет и выявил закономерность – его позиция колеблется «вместе с линией партии». Например: то он яро противостоит идее инвестиционных квот в 2016 году, а потом начинает восхвалять экономические эффекты для страны после того, как Правительство запустило этот механизм. Как же, механизм заработал, можно и к славе прильнуть.

С учтём профессионального журналистского прошлого Г.Зверева, манипуляция фактурой фантастическая:

Подготовить доклад с бравурным рапортом об экономической отдаче рыбной отрасли с цифирью о налоговых отчислениях за последние годы, при этом забыв указать, как на это повлиял в разы скакнувший курс доллара. И ведь известно же ему, что цены на рыбу формируются за рубежом и не в рублях. Да и большая часть добываемой у нас рыбы продается отнюдь не в России. Прямо руки чешутся проверить диссертацию кандидата экономических наук Г.Зверева на плагиат.

Кстати, цифры в его докладах за разные годы тоже не совпадают. Например, в докладе за 2016 год от имени комиссии РСПП за подписью Зверева данные по выручке отрасли в 2013 и в 2014 годах на 10-ки миллиардов отличаются от данных в письме РСПП на имя министра финансов А.Г. Силуянова, которое родилось несколько недель назад.

А в недавнем развернутом интервью, «эксперт» в области мирового рыболовства г-н Зверев заявляет, что в мире «исторический принцип» закреплен во всех странах и не меняется десятилетиями. Рекомендую ему почитать, как примерно год назад изменилось законодательство Фарерских островов, где аукционы теперь проводятся ежегодно… а также больше читать международные отраслевые новости. Или, быть может, он замечает только то, что ему выгодно?

Давайте смотреть фактам в лицо и оценивать реальный, а не гипотетический эффект от деятельности государства и рыбаков. А факты показывают одно – действия государственных органов стимулируют развитие не только рыбной отрасли, но и смежных. Таким образом, давая кумулятивный эффект для экономики России.

Вот такая моя логика!

Рекордная лососевая путина в этом году обернулась экологической катастрофой. Судя по всему, резко увеличенный разрешенный объем вылова помутил разумы некоторых промышленников, которые взялись ловить рыбы столько, сколько не в силах ни переработать, ни реализовать. Результат – большое количество деликатесной рыбы оказалось просто выброшено на улицу.

Еще в июле в Интернете появилась первая видеозапись, на которой запечатлены огромные кучи красной рыбы, которые лежат себе в перелеске и гниют на солнце. Сейчас подобных видео уже целая коллекция, и, хоть назвать объем выброшенной рыбы по картинке довольно сложно, речь явно идет о тоннах, а, возможно, и о десятках тонн.

Сложно не возмутиться, когда столько рыбы, причем преимущественно самок, полных красной икры, настигает такая судьба, в то время, как над простыми рыбаками, живущими за счет рыбалки, творится рыбоохранный произвол и им шьют уголовные дела с реальным сроком. Браконьерство – это, конечно, плохо, но такое совместное упущение отраслевой науки и промышленности гораздо вреднее, как для экологии, так и для имиджа регулятора.

Довольно популярна версия, что рыбу выбрасывали намеренно, чтобы удержать цену на привычном уровне, однако это маловероятно. Во-первых, хоть рыбы выброшено и много, все-таки это не то количество, которое может заметно отразиться на рынке – сейчас уже выловлено более 600 тысяч тонн, а путина продолжается. Тем более, цена на некоторые виды лососевых заметно упала и продолжает падать.

Во-вторых, такие действия уже не совсем в реалиях современного бизнеса. Конечно, в истории это довольно распространенное явление: в 90-е, как и 2000-е, бизнесмены не гнушались таких радикальных мер, да собственно, и сейчас такие найдутся. Однако крупные компании, в чьих руках находится большая часть квот, все-таки дорожат своей репутацией и будущим отрасли, так что они вряд ли пойдут на такие варварские действия.

Скорее всего, выброшенная рыба – это, так называемый, полулегальный, серый улов, который не удалось вовремя легализовать. В том смысле, что под улов, который имеет право называться легальным, должны быть, по крайней мере, забронированы морозильные контейнеры, не говоря уже о перерабатывающих мощностях и обеспечении полноценной логистики до прилавка. Но, как известно, рыбная переработка много лет находилась в прогрессирующей разрухе, и только сейчас начали предприниматься действия по ее восстановлению, а логистика – вообще слабое место нашего государства.

В сложившейся ситуации очевидно одно – отрасль была не готова к такому увеличению улова и, к тому же, не все бизнесмены в полной мере осознают тонкости своей деятельности. Мало вероятно, что в ближайшие годы лосось подойдет к нашим берегам в таком количестве, как в этом году, но, когда это все-таки случится, мы должны обеспечить ему достойный прием.

Пограничная служба ФСБ предупредила рыбодобывающие компании о недопустимости использования судов, принадлежащих иностранцам, для перевозки продукции, пишет «Коммерсантъ». Только в Северном бассейне на такой транспорт приходится около 70% всего флота. Запрет грозит отрасли дополнительными расходами на логистику в 12 млрд руб. в год, что может отразиться и на стоимости конечной продукции, опасаются участники рынка.

Регулирование отрасли предполагает (или должно предполагать) ее защиту, но в стремлении к такой обособленности нет ничего странного. Например, в США в 200- мильной зоне суда, построенные не на американских верфях, вообще не могут вести какую-либо деятельность. Это абсолютно нормальная практика, к которой надо прийти, ведь если все посредники будут «in house», с ними будет проще взаимодействовать, и в идеале это может снизить цену для конечного потребителя.

Несмотря на это, возмущения участников рыбодобывающей отрасли по этому вопросу абсолютно понятны – это сильный удар по многострадальной рыбной логистике, а соответственно, это огромные расходы – закупка собственных транспортных судов, постройка новых, замена партнеров, обеспечивающих логистику и т.д.

Кроме прямых расходов могут значительно вырасти издержки. Некоторые рыболовные суда зависят от транспортников – они выходят в море на несколько месяцев и отгружают улов, не возвращаясь в порт. В случае отсутствия этой логистической схемы они будут вынуждены остановить добычу и вернуться к берегу, что также приведет к остановке многих перерабатывающих предприятий.

Согласно международной статистике ФАО ООН, доля рыбы, выброшенной после вылова, не дошедшей до потребителя, составляет около 27% – сотни тысяч тонн продукции просто протухают, а такой «удар тупым предметом» может вовсе опустошить магазинные полки. Но это в случае прямого одномоментного запрета, на что, хочется верить, никто не пойдет.

Эта инициатива, вероятно, все-таки направлена на стимулирование российского гражданского судостроения, а значит должен встать вопрос о форме этого стимулирования. Запрет – это самая простая, хоть и болезненная форма. Не исключено, что в нашей стране ею могут воспользоваться, не обращая внимания на последствия, но хочется верить, что все-таки регуляторы придут к более цивилизованной и последовательной мере. Просто до введения этого запрета всё-таки необходимо принять меры, которые подготовят отрасль к новым реалиям и планомерно переведут рыбную логистику на российские суда. Например, стоит установить режим льготного налогообложения логистических компаний, использующих российские суда, организовать программу привлечения инвестиций в судостроение, возможно, упростить процедуру привязки судна к российскому порту – в общем, нужен целый комплекс мер, который позволит безболезненно ввести этот запрет.

Специально для Мойка78

В столице африканского государства – городе Виндхук – после пятилетнего перерыва встретились делегации России и Намибии. В рамках уже 3-й сессии Смешанной комиссии по рыболовству стороны обсудили перспективы действующего сотрудничества.

Взаимоотношения России и Намибии в области рыбного хозяйства имеют довольно длинную историю, которая берет начало в 60-х годах прошлого века. Тогда советская научная экспедиция обнаружила в водах Намибии большие скопления рыбы – хека, сардины, ставриды и проч. Наши ученые провели около 190 экспедиций вдоль западного берега Африки, и, можно сказать, в обмен на полученные данные отечественным рыбакам позволили вести промысел в тех водах.

Допустимый улов здесь может доходить почти до двух миллионов тонн, в то время как промышленники Намибии не вылавливают и половины данного объема, поэтому сотрудничество с этой страной вызывает очевидный интерес.

С развалом Союза, конечно, нашему правительству стало не до науки и продления таких соглашений. Если в 1991 году промысел вели 27 крупнотоннажных судов, то в 1993-м – уже 12, а к 1999-му осталось лишь четыре. И разумеется, освободившуюся нишу моментально заняли другие государства, например, Испания и Голландия.

В 2010 году было подписано новое соглашение между правительствами Российской Федерации и Республики Намибия. В 2012-м состоялась первая встреча, нацеленная на обмен информацией о состоянии и перспективах развития рыбной отрасли. В 2013-м в Калининграде прошла вторая сессия, по итогам которой были определены объемы добычи на последующие годы. Так, в 2014 и 2015 гг. вылов по коммерческим лицензиям составил 5,6 тыс. тонн и 6,5 тыс. тонн соответственно, а с 2016 года промысел в водах Намибии судами под российским флагом уже не осуществлялся.

После проведения 2-й сессии Смешанной комиссии по рыболовству прошло 5 лет. Стороны уверены, что 3-я сессия придаст новый импульс дальнейшему развитию и совершенствованию взаимоотношений в интересах рыбной отрасли обеих стран.

План мероприятий по российско-намибийскому сотрудничеству на 2018–2019 годы включает в основном вопросы по обмену информацией и документацией. Главным вектором совместной работы станет оптимизация нормативно-правового регулирования. Намибия предоставит копии документов, регулирующих рыболовство в стране, перечень местных рыбодобывающих компаний, а также информацию об условиях инвестирования в свою марикультуру. В свою очередь, Россия передаст научно-исследовательские данные в области рыболовства.

Кроме того, были достигнуты договоренности о сотрудничестве в сфере подготовки кадров и повышения квалификации специалистов рыбной отрасли. Намибия направит на рассмотрение перечень морских специальностей для обучения своих студентов в образовательных учреждениях Росрыболовства.

Главный интерес российских рыбопромышленников в исключительной экономической зоне Намибии – промысел пелагических рыб, а именно ставриды, поскольку остальные объекты разрешено добывать только местным рыбакам. Она предлагается по относительно доступной цене и пользуется неизменно высоким спросом на рынках Западной и Центральной Африки. Ее было бы неплохо увидеть и на российских прилавках – рыба очень вкусная, а ее южно-африканское происхождение смогло бы привлечь внимание потребителей.

Давно волнующий отрасль вопрос обещает быть решенным в ближайшие дни – об этом сообщил глава Росрыболовства Илья Шестаков в рамках Петербуржского международного экономического форума – 2018.

«По крабам решение будет приниматься с учетом позиции, которая будет сформирована по итогам обсуждения с новым руководством министерства и курирующим вице-премьером. Этот вопрос, поскольку он один из самых будоражащих отрасль, мы доложим в самое ближайшее время» – рассказал он Российской газете.

Новость, надо сказать, и вправду долгожданная. Кажется, ещё с октября прошлого года из неосторожно выдвинутого кем-то предположения раздувается скандал государственного масштаба. При этом, складывается отчетливое впечатление, что инициаторы этого «раздувания», добились совершенно обратного желаемому эффекта.  

Им стоило молчать в тряпочку, после того, как Владимир Путин на прямой линии заявил, что исторический принцип отменять никто не будет. Так бы все и руководствовались словами президента. Но когда тема не сходит с первых полос на протяжении полугода, её просто не могут не держать в повестке и не обсуждать.

Теперь же, новый состав правительства находится в активном поиске бюджетных средств на исполнение новых майских указов, а отмена исторического принципа распределения крабовых квот, на минуточку, подарит бюджету более 200 миллиардов рублей. Такую «копейку» не освоить будет, по крайней мере, странно.

Конечно, мало вероятно, что правительство пойдет в полный разрез словам Президента, но процент квот, выделенных на аукционы, однозначно будет увеличиваться в отношении отведенных на исторический принцип. Ведь не всем понятно почему, когда одни исправно платят, приобретая право заниматься высокомаржинальным бизнесом, другие имеют свехмаржинальный бизнес и набивают свои карманы до отказа за счет государства.

24 апреля в Брюсселе открылась крупнейшая международная выставка Seafood Expo Global-2018. На площади более 40.000 кв. метров разместились около 1800 компаний-участников из 79 стран, среди которых нашлось место и российскому национальному отраслевого стенду. Старт работе российской экспозиции дал руководитель Росрыболовства Илья Шестаков.

Seafood Expo Global/Seafood Processing Global 2018 – одно из наиболее значимых событий в рыболовной и рыбоперерабатывающей сферах, которое ежегодно проводится в столице Европейского Союза – Брюсселе. Для игроков отрасли участие в выставке является прекрасной возможностью завести новые знакомства, укрепить существующие отношения и получить наглядное представление о том, в каком состоянии на данный момент находится рынок.

На российском отраслевом стенде посетители могли оценить достижения всего рыболовного комплекса. На мероприятии присутствовали представители предприятий ПКФ «Южно-Курильский рыбокомбинат», ГК «ФЭСТ», «Русская рыбопромышленная компания», ГК «ФОР», ПАО «Находкинская база активного морского рыболовства», АО «НОРЕБО ХОЛДИНГ», а также другие компании, целью которых было найти инвесторов среди иностранных партнеров для поставок собственной продукции за рубеж.

Одним из почетных гостей выставки стал глава Росрыболовства Илья Шестаков, который дал старт официальной работе российской экспозиции. Глава ведомства поучаствовал в обсуждении дальнейших перспектив развития отрасли за круглым столом, где было заявлено о необходимости развития рыбного брендинга и системного продвижения отечественного бренда «Русская рыба» на мировых рынках. В качестве ориентиров были названы американская фирма Alaska Seafood и норвежская NORGE, успешная деятельность которых должна послужить примером нашим бизнесменам.

«По сути, не нужно ничего выдумывать, а сделать аналогичное только быстрее и с меньшими ошибками», – подвел итог выступления Шестаков. На практике, однако, все немного сложнее. Прежде всего, предстоит решить ряд насущных вопросов: потребность в актуализации стандартов качества продукции, создании саморегулируемой организации в отрасли и переход от сырьевого экспорта к производству продукции глубокой степени обработки.

Другим позитивным моментом выставки стал меморандум, который подписали Илья Шестаков и статс-секретарь министерства сельского и лесного хозяйства Финляндии Яаана Хусу-Каллио. Документ касается взаимопонимания в области развития, мониторинга и научных исследований в сфере рыбного хозяйства в пограничных водных системах стран. Своеобразное разделение сфер влияния. Первые конкретные планы по его реализации не заставили себя ждать. Российской стороной был предложен проект совместной программы России и Финляндии, направленный на поддержание биоразнообразия семейства лососевых рыб в близлежащих водоемах. В конце встречи Илья Шестаков пригласил финляндских коллег принять участие в Seafood Expo Russia, который состоится в Санкт-Петербурге в период с 13 по 15 сентября 2018 года.

Как сообщает мониторинговая система рыболовной отрасли, по состоянию на 11 апреля 2018 года вылов минтая снизился на 3,3% к аналогичному периоду прошлого года и достиг 909,9 тысячи тонн. Снижение, на первый взгляд, незначительное, но вряд ли в этом году динамика пойдет вверх – Минсельхоз утвердил допустимый улов минтая в 1 782 тысячи тонн, что почти на 6% меньше, чем в 2017-м.

Связано это с уменьшением общих рыбных запасов и снижением популяции минтая. Конечно, ситуацию нельзя назвать критической. Да, бизнес, выстроенный на минтае, столкнется с некоторыми убытками, но они ни в какое сравнение не идут с теми, которые отрасль несет уже много лет подряд.

Минтай – стратегически важный объект промысла для российской экономики, поскольку именно на него приходится более трети вылова. Большая часть всей рыбы отправляется на экспорт, причем в виде сырья. Конечно, нехватки минтая на внутреннем рынке нет, но проблема в том, что он либо очень скверного качества, либо иностранного производства, а порой – и то и другое.

На цену минтая жаловаться сложно – все-таки одна из самых дешевых рыб, хотя и тут сюрпризы частенько бывают. В основном стоит вопрос недополученной прибыли в государственный бюджет. Мы до сих пор не отошли от сырьевой модели экспорта – это значит, что за границу продается просто замороженная рыба. Добрые азиаты ее перерабатывают: делают филе, рыбный фарш, сурими, из которого лепят крабовые палочки, – и успешно перепродают обратно в Россию со значительной добавленной стоимостью.

От такой модели необходимо избавляться – по самым скромным оценкам, из-за нее мимо бюджета проходят 40 миллиардов рублей ежегодно. Решение очевидно – построить свои заводы для переработки сырья, которые к тому же создадут рабочие места, исключат ненужные расходы, позволят снизить цены на продукцию для российских граждан, а как экспортируемый товар минтай станет приносить еще большую выгоду и повысит финансовую отдачу промысла в целом.

Не так давно отрасль сдвинулась с мертвой точки, приняв программу инвестиционных квот, которая значительно улучшила инвестклимат. Многие компании поймали этот импульс и уже приступили к постройке рыбоперерабатывающих заводов.

Например, ГК «Доброфлот» инвестирует порядка 2,5 млрд рублей в открытие завода по переработке минтая и других видов рыб с мощностью более 100 тонн рыбной продукции в сутки. Русская рыбопромышленная компания, помимо шести траулеров-заводов, планирует построить завод на территории опережающего развития «Надеждинская». Его мощность достигнет 25 тыс. тонн в год, а сумма инвестиций – порядка 1,5 млрд рублей. Похожий завод будет и у компании «Камчаттралфлот» на ТОР «Камчатка». Северо-Западный рыбопромышленный консорциум (СЗРК) тоже намерен инвестировать более миллиарда рублей в завод на 50 тонн продукции в сутки.

Подобных проектов – и крупных, и поменьше – сейчас на рынке очень много, и складывается отчетливое впечатление, что взят верный курс и у отрасли появился хороший шанс преобразиться. Лишь бы суровые волны бюрократии этот курс не изменили.